Профессия не главное: 3 истории женщин, которые стали писателями

Я морской геолог. Уже почти пять лет работаю в НИИ, где занимаюсь изучением дна морей и океанов. Объект исследований — донные осадки (это частицы разного размера и состава, которыми сложено дно). Я начала с изучения осадков рек, потом перешла на озера, затем — на мой любимый объект: Северный Ледовитый океан.

Геолог обычно работает «в полях». «Классические» геологи ходят в маршруты с молотками и живут в палатках, мы же ходим в морские экспедиции на судах. До экспедиции меня допустили только спустя три года работы в институте. Такой опыт все считают и ценным, и приятным, и требующим большой ответственности.

Первую экспедицию к южной части хребта Ломоносова я вспоминаю с теплотой. Там я научилась основам полевых методов морской геологии и встретила коллег из разных направлений геонаук. Экспедиция проводилась немецким институтом, а состав участников был международным.

Не вся работа геолога состоит из романтичных путешествий в дальние края. Бо́льшую часть времени мы пишем тексты, составляем карты, работаем с данными. Если осмысление полученных результатов мне дается легко, то написание текстов — нелюбимая часть работы: возможно, потому, что доля творчества там минимальна.

Бывает, в экспедициях возникают проблемы с коммуникацией. Однажды мне никак не удавалось поладить с коллегами в своей научной группе — что на судне может превратиться в настоящую проблему, ведь оттуда не сбежишь. Этой теме посвящена часть книги «Восьмидесятый градус».

В моем случае работа и писательство связаны максимально тесно, ведь моя первая книга — дневник из экспедиции, в которой я участвовала в качестве геолога. Без такой интересной работы и книги бы не было.

Морские экспедиции создают прекрасные условия для писательства. Интернет сильно ограничен, а чаще — отсутствует. Вы контактируете с внешним миром путем переписки, учитесь писать длинные письма (чем не разминка перед писательством?).

Ограничен и досуг: прогулки и театры отменяются, остаются лишь развлечения в каюте в виде книг и фильмов, а также групповые активности, на которые не всегда есть силы. Так и начинаешь писать — хотя бы просто для фиксации дней, похожих один на другой. Дело за малым: предложить текст издательствам — моим, например, заинтересовалось издательство «Альпина.Проза».

На суше я работаю удаленно, а значит, свободно распределяю задачи в течение дня, что очень удобно: позволяет чередовать рабочие и писательские дела, такие как редактура, ведение соцсетей, интервью, подготовка к мероприятиям.

Почитать свою книгу я предлагаю не всем знакомым — только тем, кто интересуется дневниками. Помня о целевой аудитории, не настаиваю на том, чтобы коллеги читали роман просто потому, что его написала я.

В «Яндексе» я «проповедую» технологии, связанные с развитием искусственного интеллекта, и придумываю всякие проекты, на которых это можно показать, — обычно на стыке с литературой или современным искусством.

Писать работа помогает, потому что в своих книгах я в том числе использую нейросети. Умение ими пользоваться вообще помогает в любой работе. В романе «Пути сообщения» одна из героинь — виртуальный ассистент «Нина». Ее прототипом, конечно, была «Алиса», так что тут работа повлияла напрямую.

В новом романе «Литораль» «Алиса» написала за меня монолог свекрови, так что и тут я прекрасно совместила работу с писательством. Но самый большой симбиоз произошел в сборнике «Механическое вмешательство». Он стал одним из таких проектов, в котором хорошо видно, как работает технология и как работает писатель. И что порой они неразделимы.

Коллеги знают, что я пишу. Некоторые читают и приходят поделиться впечатлениями или подписать книжку. Надеюсь, скоро откроем в «Яндексе» внутренний книжный клуб, и готова активно в этом участвовать.

Еще четыре года назад я снимала рекламу для брендов и корпораций как режиссер и продюсер. В 2021 году мне предложили проектную работу в фонде Рыбакова: нужно было за пару месяцев объехать всю Россию — от Архангельска до Элисты — и взять несколько десятков интервью у женщин, которым помогает фонд.

Я разговаривала с политиками и общественными деятелями, предпринимателями, учителями, домохозяйками и мамами детей с инвалидностями, женщинами с зависимостями и женщинами, состоявшими в сектах... Истории были разные: о домашнем насилии, героиновой зависимости, суицидах и о том, как от мам детей с онкологией все отворачивались — боялись, что беда и болезнь заразны.

Вдохновляющие истории тоже были. Несмотря на сложности, женщины открывали бизнесы, находили новую работу, уходили от жестоких мужей, шли в политику и добивались популяризации родного языка в национальной республике, получали новое образование, находили дело жизни.

Проект в фонде Рыбакова длился несколько месяцев, потом случился февраль 2022 года — и я поняла, что не хочу возвращаться в рекламу, а хочу помогать людям. Мне предложили работу в фонде «Дети-бабочки», потом в Российском Красном Кресте, и проектно я работаю еще с несколькими фондами.

В Российском Красном Кресте я продюсировала видео- и фотосъемки беженцев из Украины и России, брала интервью и писала тексты для статей и постов. За год работы я объехала десяток приграничных регионов: Воронежскую, Ростовскую, Белгородскую, Курскую области и др., где беженцев больше всего. Думаю, что следующая книга будет с их историями.

Работая в благотворительности, я ежедневно сталкиваюсь с человеческой болью и смертью. Как с этим справляться? Держать дистанцию. В первую очередь надеваю маску на себя: стараюсь высыпаться, есть три раза в день, гулять, читать. Иногда смотрю дурацкие сериалы, уезжаю в выходные на природу, встречаюсь с друзьями и обсуждаю с ними всё что угодно — только не работу.

Работа помогает мне писать: часть реальных историй я перерабатываю в художественные тексты — изменив имена, обстоятельства жизни, детали, чтобы героев нельзя было узнать.

Я пишу по вечерам и в выходные, а порой работу не отделить от писательства. Так, рассказ «Скоро Москва», в котором четыре женщины едут в купе и разговаривают, я написала во время командировки. В приграничные регионы нельзя добраться на самолетах, только поездом. Во время поездки одни реплики я записала за соседями по купе, другие — додумала.

Персонажи получились архетипическими: девушка, ждущая жениха из армии; женщина постарше, которая едет отмаливать сына от мобилизации; женщина-полицейский, занимающая место ушедших мужчин, и бабушка с костяной ногой. В рассказе я дала им немного надежды, которой не было у их прототипов.

Коллеги знают, что я писательница: я выкладываю в соцсетях ссылки на опубликованные рассказы. Когда в издательстве «Альпина.Проза» вышел дебютный сборник «Скоро Москва», кто-то из коллег купил его, а кому-то я подарила. Среди знакомых есть те, кто говорит: «Я и сам(-а) пишу. Расскажи, как ты попала в издательство».

_{Корректор/литредактор: Варвара Свешникова
Иллюстрация: DALL·E, личные фотографии героинь статьи}